Грустные цитаты

Жена, домогающаяся власти, становится тираном своего мужа, а господин, сделавшийся рабом, бывает смешным и жалким созданием.

Шум от проезжающих машинНарастает и стихает в окнах.Ты разбужен здесь совсем один,И чего-то все вокруг так блекло? Не грусти. Я просто б не смоглаПо шаблону чмокнуть на прощаньеИ лететь как быстрая стрелаПо делам без всяких колебаний. Или диалог вести спокойно,Словно эта ночь была не важной,Кофе пить жеманно и чуть сонноИ казаться офигенно странной.

В Казани я познакомился с легендарным летчиком, Героем Советского Союза Михаилом Девятаевым, который в феврале 1945-го бежал из немецкого концлагеря на угнанном им бомбардировщике «Хейнкель-111». Я бывал дома у Михаила Петровича, он рассказывал то, чего в книгах нет. Оказывается, спустя годы двое из военнопленных, которых Девятаев спас, посадив в самолет, утверждали, будто они устроили побег. Наверное, в жизни всегда так бывает. У победы много родителей...

Не затыкать пустоты в себе случайными мужчинами и женщинами, как комканной газетой — обувь, чтоб не ссыхалась.

Тактика благоразумной жены: всю жизнь мучить, терзать мужа, пачкать и пакостить ему, а овдовев, кудахтать о несравненных и небывалых качествах его ума и сердца, считать оставшиеся после него деньги и лить романтические слезы над его могилой, с умилением и благодарностью вспоминать день и час его кончины.

… ПосетитьМогилу друга, закатить безобразную сцену,Сосчитать любови, из которых вырос,Хорошего мало, но щебетать, как не умеющая плакать птица,Как будто никто конкретно не умираетИ сплетня никогда не оказывалась правдой,немыслимо…

Среди моих одноклассников только двое покончили с собой. Одна из них спрыгнула с парома в пролив Цугару, и всплыла только через неделю. Я был другом этой старшеклассницы, я пытался потом прикоснуться к этому телу, утопленному в воде. И прикоснулся к руке. Но я не прикоснулся к смерти, а только к безжизненному телу. И я почувствовал тогда: «Никто не может ощутить тяжесть смерти другого человека».

... человек возвышается над животным не тем, что дает жизнь, а тем, что рискует жизнью; поэтому человечество отдает предпочтение не рождающему полу, а полу убивающему.